Клуб Бонистика  

 
Кадастр Рідкісних бон
 

Статья

Бумажно-денежное обращение на территории Беларуси в XVIII - XX веках( часть2)

Часть 2
Необходимо отметить, что известный украинский бонист Петр Федорович Рябченко в своем «Полном каталоге бумажных денежных знаков и бон России, СССР, стран СНГ (1769-1994 гг.)» под № 26422 приводит банкноту восстания 1831 года достоинством в 2 злотых. [5] Однако, анализ других, в том числе польских источников, дает основание считать эту банкноту вымышленной.
В апреле 1823 года министром финансов Российской империи был назначен Е.Ф. Канкрин, который резко изменил денежно-кредитную политику правительства. Сам Егор Францевич Канкрин представлял из себя довольно колоритную личность, о которой стоит рассказать чуть более подробно.
Е.Ф. Канкрин - выдающийся русский государственный деятель, экономист и финансист, которого часто называли «русским Кольбером», родился в 1774 году в Германии. При императоре Павле I в 1797 году поступил на русскую службу, где сделал успешную карьеру. В Отечественной войне 1812 года, имея чин генерала, он занимался снабжением русских войск сначала будучи генерал-интендантом 1 армии, которой командовал военный министр генерал М.Б. Барклай-де-Толли, а с 1813 года - генерал-интендантом всей русской армии. Его деятельность на этих высоких постах была весьма успешной. Из 425 млн. рублей, запланированных русским правительством на ведение войны, в 1812-1814 годах было израсходовано менее 400 млн. Это было исключительное событие для России, так как обычно военные кампании заканчивались со значительным финансовым дефицитом. Блестяще проявил себя Канкрин организуя продовольственное обеспечение русских войск во время заграничного похода 1813-1814 годов. Союзники требовали от России за полученные русской армией продукты огромную сумму в 360 млн. рублей. Благодаря искусным переговорам Канкрину удалось сократить эту цифру до 60 млн., то есть более чем в шесть раз, что было значительным облегчением для российского бюджета. Борясь за экономию средств, Канкрин строго следил за дисциплиной во вверенных ему интендантских подразделениях, чтобы все продовольствие и имущество вовремя и полностью доходило до войск, боролся со взяточничеством и хищениями военных чиновников. Его деятельность сыграла значительную роль в обеспечении вооруженных сил России всем необходимым и способствовала, в конечном итоге, убедительной победе русской армии. Заслуги Е.Ф. Канкрина в войне были по достоинству оценены - в 1813 году он был награжден одним из высших российских орденов того времени - орденом Анны 1-й степени.
Верхом карьеры Е.Ф. Канкрина было его назначение министром финансов. На этом посту он оставался до 1844 года. Заслуги его на российской государственной службе были отмечены присуждением в 1829 году титула графа.
Став министром финансов, Е.Ф. Канкрин отказался от политики, проводимой его предшественником Д.А. Гурьевым. Новый министр считал, что погашение ассигнаций за счет займов, по которым надо платить проценты, мера дорогая и бесполезная, поэтому дальнейшее изъятие ассигнаций было окончательно прекращено, а выделенные на эту операцию 30 млн. рублей были употреблены на погашение долгов по процентам. Настаивая на сохранении существовавшего в денежном обороте количества ассигнаций, Канкрин считал, что необходимо отказаться от увеличения их числа. С 1829 по 1839 год сумма находившихся в обращении ассигнаций не увеличилась ни на один рубль. ЭЗГБ выпускала новые ассигнации исключительно для замены ими ветхих денежных знаков, изымаемых из обращения.
Таким образом, с 1823 года правительство отказалось от дефляционной политики, однако, как ни странно, курс ассигнационного рубля по отношению к серебряному в последующие годы стабилизировался и даже несколько повысился. Так, в 1824 году за один рубль серебром давали 3,74 рубля ассигнациями, в 1826 - 3,72; в 1829 - 3,69; в 1833 - 3,61; в 1836 - 3,57; в 1839-3,50. [6]
Именным императорским указом от 1 июля 1830 года стопа медных монет была повышена до 36 рублей из пуда меди, и рубль в медной монете стал полностью равноценен ассигнационному рублю.
Прекращение обесценивания ассигнационного рубля, в первую очередь, можно объяснить сложившимися в стране макроэкономическими условиями. После окончания наполеоновских войн получили дальнейшее развитие капиталистические отношения, усилился процесс разложения феодально-крепостнической экономики. В стране увеличилось производство различных товаров, для реализации которых необходимо было большое количество денег, развивалась внешняя и внутренняя торговля. Кроме того, правительство по инициативе Канкрина для прекращения инфляции и повышения курса бумажных денег требовало, чтобы все казенные платежи производились исключительно ассигнациями. Это привело к появлению произвольных (или простонародных) лажей в пользу ассигнаций, то есть зависящих от частной договоренности доплат за согласие принять платежи ассигнациями, а не серебряной монетой. Лаж колебался в различных губерниях в зависимости от характера и видов сделок и даже от номиналов денежных знаков - так, за мелкие серебряные монеты платили больше, чем за крупные. Например, в Могилевской губернии в 1833 году за 1 серебряный рубль давали 3,75 рубля ассигнациями, в то время, как официальный курс был 3,61. [7] Курс ассигнаций значительно возрастал осенью, при наступлении сроков выплат казенных платежей, и снижался в последующее время. В целом политика правительства приводила к восстановлению монетного обращения в стране.
В 1831-1839 годах кроме ассигнаций выпускались билеты государственного казначейства, которые официально выдавались и принимались казенными учреждениями по всем видам платежей и принимались в залоги по казенным подрядам и поставкам. Они были разрешены также и в сделках между частными лицами по их взаимному согласию. Билеты выпускались на срок от 4 до 6 лет из расчета 4,32% годовых, имели только один номинал в 250 ассигнационных рублей и выходили годовыми сериями. Они стали составной частью массы бумажных денег, находившихся в обращении. Функционирование билетов государственного казначейства приводило к сужению сферы применения бумажных ассигнаций, что позволяло уменьшить потребность их в денежном обороте.
2.2 Денежная реформа Е.Ф. Канкрина, введение серебряного монометаллизма.
В 20-е-30-е годы XIX века в Российской империи произошла некоторая стабилизация денежного обращения, и был относительно устойчивый курс бумажных денег - ассигнаций.
Достигнуто это было во многом благодаря твердой политике министерства финансов под руководством Е.Ф. Канкрина.
Рост капиталистической промышленности, развитие товарно-денежных отношений в стране требовали дальнейшего упорядочения денежного обращения. Усиленный вывоз хлеба помог России добиться в конце 30-х годов XIX в. активного торгового и платежного баланса. Одновременно в стране увеличилась добыча золота, платины и серебра. Все это создало предпосылки для проведения в 1839-1843 годы денежной реформы, осуществленной по принципу девальвации и вошедшей в историю под названием, «реформа Канкрина». Проведена она была очень квалифицированно, дала положительные результаты и может служить хрестоматийным примером для сегодняшних политиков и финансистов, ставящих задачу укрепления денежного хозяйства своих стран.
Суть реформы Канкрина - переход к серебряному монометаллизму, (Монометаллизм - денежная система, при которой какой-либо один из благородных металлов служит основой денежного обращения.) Основная цель реформы - введение новых принципов организации денежной системы Российского государства и удаление из обращения обесценившихся бумажных государственных ассигнаций, биржевой курс которых подвергался значительным сезонным колебаниям. 1 июля 1839 года вышел высочайший манифест «Об устройстве денежной системы», который четко определял соотношение бумажных и металлических денег. В нем в частности говорилось (сохранен стиль оригинала):
«1) В восстановление правила Манифеста блаженыя памяти ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА 1-го, 20-го июня 1810-го года, серебряная Российского чекана монета отныне впредь устанавливается главною Государственною платежною монетою, а серебряный рубль настоящего достоинства и с настоящими его подразделениями (т.е. серебряные монеты номиналом меньше рубля - А.Б.) - главною ...законною мерою (монетною единицею) обращающихся в государстве денег, соответственно чему все подати, повинности и сборы, а также разные платежи и штатные расходы ... имеют быть исчислены на серебро.
2)При таком установлении серебра главною платежною монетою, государственные ассигнации, согласно их первоначальному назначению, остаются вспомогательным знаком ценности, с определением им отныне впредь единожды навсегда постоянного и непременяемого (т.е. неизменного - А.Б.) на серебро курса, считая серебряный рубль, как в крупной, так и в мелкой монете, в три рубля пятьдесят копеек ассигнациями.
3)По сему постоянному и непременяемому курсу представляется на волю плательщиков вносить как серебряною монетою, так и ассигнациями: а)все казенные подати и повинности, земские, мирские и другие сборы и все вообще, казною предназначенные и ей следующие платежи; б)все платежи по особым таксам, как, например, почтовые и местные деньги, прогоны, за соль, за откупные напитки, гербовую бумагу, паспорта, бандероли и проч., в) все платежи, следующие государственным Кредитным Установлениям, Приказам Общественного Призрения и частным, правительством учрежденным банкам. На 1839 г. для податей и повинностей, в том числе и для таможенных сборов, а равно и всех штатных из казны выдач, сохраняется установленный на сей год курс в 3 р. 60 к....
... 6) Биржевой же вексельный курс и всякого рода цены на биржевых ярлыках и прейскурантах означать впредь на серебро, а курса ассигнациями на биржах вовсе не отмечать.
8) Для открытия всех путей к свободному размену вменяется Уездным казначействам в обязанность производить, по мере находящихся у них на лицо сумм, обмены по тому курсу, в 3 р. 50к., ассигнаций на серебро и обратно серебра на ассигнации, каждому приносителю, суммою в одне руки до ста рублей серебром, ассигнациями - же в соразмерность тому.
9) За сим присвоение ассигнациям какого либо иного курса, кроме выше постановленного, равно надбавка на серебро и на ассигнации какого либо лажа... строжайше воспрещается.
10) Золотая монета в Казну и в Кредитные Установления принимается и из них выдается 3% выше нарицательной ее ценности, именно империал – 10 руб. 30 коп, и полуимпериал - в 5руб.15коп. серебром...». [8]
Все положения манифеста вступали в действие с 1 января 1840 года и таким образом любая сделка в стране с этого времени должна была исчисляться только в серебре, также как и биржевой вексельный курс. Главным платежным средством устанавливался серебряный рубль с весомым содержанием в нем по золотниковой пробе 4 золотника 21 доля (20,73 грамма по метрической пробе). Сами платежи по сделкам могли осуществляться как в золотой, платиновой, серебряной или медной монете, так и в ассигнациях. Зафиксированный курс 3 рубля 50 копеек ассигнациями за один серебряный рубль фактически отражал биржевой курс на день принятия манифеста. Тем самым манифест «Об устройстве денежной системы» фиксировал фактический уровень обесценивания бумажных ассигнаций и фактически означал официальную девальвацию ассигнационного рубля.
В один день с манифестом вышел императорский указ «Об учреждении депозитной кассы серебряной монеты при Государственном Коммерческом Банке», дополненный в 1840 и 1841 годах еще несколькими указами Сената.
В императорском указе было сказано:
«1) В кассу сию принимать от приносителей, для хранения, вклады серебряною монетою Российского чекана,
2) Поступающую в Депозитную кассу монету хранить неприкосновенно от сумм Коммерческого Банка...». [9J
Депозитная касса, начавшая выполнять операции с 1 января 1840 года, принимала на хранение вклады серебряной монетой и выдавала взамен депозитные билеты, равные сумме вклада. Данные депозитные билеты, согласно указа от 1 июля 1839 года, являлись законным платежным средством и обращались на всей территории страны наравне с монетами и ассигнациями. Они были обязательны к приему во все виды платежей, как в государственных, так и в частных учреждениях, при этом законодательно запрещалось взимание какого-либо лажа.
Для выпуска билетов была образована специальная Экспедиция Депозитной кассы, которая функционировала в 1839-1843 годах. Депозитные билеты были выпущены следующих номиналов - 3; 5; 10; 25; 50 и 100 рублей. На их лицевой стороне был изображен государственный герб Российской империи, орнамент, указано наименование денежного знака, номинал, год выпуска, текст «ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК Выдает по сему билету немедленно по предъявлении его, три (или иная сумма - А.Б.) рубли серебряною монетою.», шестизначный номер каждой банкноты и три подписи. При этом факсимильная подпись товарища управляющего (заместителя -A6.J Государственного Коммерческого Банка Голохвастова на всех билетах одна, а подписи директора и кассира различные, в зависимости от того, какой именно чиновник занимал эту должность в момент выпуска купюры. На оборотной стороне билетов помещалось извлечение из правил о депозитных вкладах. Для защиты от подделок были использованы водяные знаки с надписью «Депозитный билет», указанием номинала и года выпуска.
Одной из главных задач реформы было возрождение доверия народа к бумажным денежным знакам, поэтому выпуск депозитных билетов, полностью обеспеченных серебром и свободно обмениваемых на него, был шагом правительства в этом направлении.
В первый год существования Депозитной кассы спрос на депозитные билеты со стороны населения был сравнительно невысок. Так, из 24.2 млн. рублей, внесенных в кассу серебряной монетой более % было внесено за счет казенных учреждений (из сумм военного капитала и Комиссии Погашения долгов) и только 5,9 млн. рублей поступило по вкладам от частных лиц.[10] Это можно объяснить определенной настороженностью российских обывателей к действиям правительства и их традиционной нерасторопностью, Для расширения круга действий депозитной кассы Государственный Совет предложил допустить прием в депозитную кассу золотых монет, а также золота и серебра в слитках. Министр финансов Е.Ф, Канкрин согласился с этим мнением лишь частично, считая, что нет необходимости извлекать золотые монеты из обращения. Его мнение было учтено императором, и 10 февраля 1841 года вышел указ, разрешающий прием в депозитную кассу слитков золота не ниже 750 пробы общим весом не менее 5 фунтов (2,05 кг) и серебра не ниже 875 пробы весом не менее 1 пуда (16,38 кг). Однако эта мера серьезно на приток благородных металлов в Депозитную кассу не повлияла. В течение 1841, 1842 и 8-ми месяцев 1843 года было принято вкладов и выпущено билетов еще на 29 млн. рублей, при этом слитков в счет этой суммы поступило всего на 4,7 млн. рублей. В целом можно отметить успех депозитных билетов. В отдельные периоды в Депозитную кассу в Петербурге выстраивалась очередь желающих сдать золото и серебро, чтобы взамен их получить «депозитки». Частные лица при совершении сделок предпочитали пользоваться депозитными билетами. Об этом говорит тот факт, что за время существования кассы ею было принято вкладов на 54,6 млн. рублей, из которых частными лицами было востребовано обратно немногим более 6 млн. рублей, так что к 1 сентября 1843 года оставалось в обращении депозитных билетов на 48,5 млн. рублей. [11]
Скопление в Депозитной кассе металлических денег вело к цели, намеченной Е.Ф. Канкриным, - к девальвации ассигнационного рубля.
Однако депозитные билеты выпускались в обращение лишь в той сумме, в какой в Депозитной кассе накапливался фонд серебряных, золотых и платиновых монет. Данное ограничение эмиссии депозитных билетов не давало возможности довести их выпуск до размеров, достаточных для удовлетворения потребностей внутреннего рынка в средствах обращения и платежа и замены ими подверженных инфляции ассигнаций. Правительство не могло использовать выпуск депозитных билетов и с целью увеличения государственных доходов. Для этого требовались иные принципы эмиссии, отказ от паритетного соотношения бумажных денег и металлического фонда из благородных металлов.
Следующим шагом денежной реформы на пути к созданию устойчивой кредитно-денежной системы был выпуск нового вида бумажных денежных знаков - так называемых кредитных билетов Сохранных Казен и Государственного Заемного Банка. 1 июля 1841 года вышел манифест «О выпуске в народное обращение кредитных билетов на 30 миллионов серебром», который разрешал выдавать ссуды под залог земли и строений специальными кредитными билетами. Эти билеты свободно разменивались на серебро и пользовались у населения таким же доверием, как и депозитные.
Были выпущены банкноты достоинством в 50 рублей, на лицевой стороне которых указывался номинал, год выпуска, их полное наименование - «Кредитный билет Сохранных Казен и Государственного Заемного Банка», помещался текст: «Сохранные Казны; С.П.Бургская и Московская равно и Заемный Банк выдают по сему билету, немедленно по предъявлении его, пятьдесят рублей серебряною монетою» и подписи трех должностных лиц - управляющего Сохранными Казнами, директора заемного Банка и кассира Санкт - Петербургской или Московской Сохранной Казны. На оборотной стороне помещены две колонки текста из манифеста от 1 июля 1841 года и государственный герб России. Впервые в практике выпуска бумажных денег в России кроме водяного знака в виде надписи в четыре строки «Кредитный билет //50// рублей серебром //1841» был применен такой способ защиты, как использование мелкого текста - правая колонка текста из Манифеста едва читалась. Изготовители кредитных билетов справедливо полагали, что использование шрифтов различного размера должно осложнить «работу» фальшивомонетчиков. В обращение было выпущено кредитных билетов на 10 млн. рублей вместо предполагавшихся 30 млн. рублей, так как правительство боялось их обесценивания. Таким образом, в обращении одновременно оказались бумажные деньги трех видов: ассигнации, депозитные и кредитные билеты, хотя их экономическое содержание было различным. Первые - ассигнации - хотя и являлись средствами обращения и платежа, но представляли собой инфляционные деньги, реальная стоимость которых была почти в четыре раза ниже номинальной. Вторые - билеты Депозитной кассы Государственного Коммерческого Банка -формально являлись лишь квитанциями на серебро, фактически обладали абсолютной устойчивостью, но не приносили дополнительных доходов государству, кроме укрепления доверия к политике правительства. Третьи - Кредитные билеты Сохранных Казен и Государственного Заемного Банка - хотя и обеспечивались первоначально наподобие депозитных билетов 100% покрытием серебряной монетой, основывались на государственном кредите и могли приносить выгоду от их эмиссии.
Стабильность двух последних видов бумажных денег позволила завершить реформу и унифицировать бумажно-денежное обращение. Последним актом реформы Канкрина был царский манифест от 1 июня 1843 года «О замене ассигнаций и других денежных представителей кредитными билетами». В соответствии с этим манифестом все ранее выпущенные ассигнации подвергались девальвации - они обменивались на новые деньги ю ранее установленному курсу 3,5:1. Депозитные билеты и кредитные билеты Сохранных Казен и Государственного Заемного Банка, выпуск которых прекращался, обменивались в соотношении 1:1. Обменная операция осуществлялась постепенно - обмен ассигнаций проводился до 13 апреля 1851 года, а обмен депозитных билетов до 1 марта 1853 года. Не было предъявлено к обмену ассигнаций на 3304851 рублей серебром. [12]
Новые бумажные деньги получили название «государственные кредитные билеты» и выпускались они в 1843-1865 годах. Были отпечатаны следующие номиналы - 1; 3; 5; 10; 25; 50; 100 рублей.
На лицевой стороне банкнот был размещен герб Российской империи, указано полное их наименование - «Государственный кредитный билет», номинал прописью и арабскими и римскими цифрами, год выпуска, номер купюры и текст «По предъявлении сего билета, немедленно выдается из разменных Касс Экспедиции Кредитных билетов один (или иная цифра -А.Б.) рубль серебряною или золотою монетою». Здесь же имелись факсимильные подписи управляющего банком, одного из директоров и кассира. На оборотной стороне билетов имелся текст извлечения из манифеста о кредитных билетах от 1 июня 1843 года.
С этого времени в стране остался только один вид бумажных денег - государственные кредитные билеты, которые свободно разменивались на звонкую монету. Хотя необходимо отметить, что существовали некоторые ограничения при обмене кредитных билетов на серебро, Так, в столице - Санкт-Петербурге - сумма размена не ограничивалась, в Москве был введен лимит в 3 тысячи рублей на одного человека, а в губернских и уездных центрах можно было обменять на звонкую монету до 100 рублей кредитными билетами. Мотивировались эти ограничения прежде всего уровнем развития деловой активности в стране и каких-либо неудобств для подавляющего большинства населения не приносили. При этом согласно положения Манифеста от 1 июня 1843 года, существовала свобода чеканки серебряной и золотой монеты, которая означала, что любой желающий мог сдать на Монетный двор серебро и золото в сыром или обработанном виде и получить на соответствующую сумму монеты. При операциях с золотом был введен лаж, равный 3%, взимаемый в пользу казны.
В белорусских губерниях кроме государственных кредитных билетов в 40-60-е годы XIX века имели хождение бумажные деньги Польского банка, выпускавшиеся для входившего в состав Российской империи царства Польского, имевшего некоторую автономию, в том числе в области финансов. С начала 40-х годов на смену злотому в денежное обращение царства Польского пришел рубль. Новые банкноты имели на лицевой стороне изображение российского двуглавого орла, императорской короны, номинал цифрами и год выпуска, факсимильные подписи председателя и директора банка, номер и надпись на двух языках - русском и польском: «Польский банк выдает предъявителю один (или иной номинал - А.Б.) рубль серебром считая один русский фунт чистого серебра в 22,1 рубля». На оборотной стороне указывался номинал цифрами и прописью на пяти языках - русском, польском, французском, английском, немецком. Были выпущены банкноты достоинством в 1;3;10 и 25 рублей. О том, что эти банкноты реально участвовали в денежном обращении на белорусских землях, говорят, кроме всего прочего, и попытки их фальсификации. В Национальном историческом архиве Беларуси хранится «Дело о наказании мещан Минской губернии Шапиро и Фалевича за выпуск фальшивых банкнот Польского банка» в 1864 году, в котором фальшивомонетчики признают, что фальшивки выпускались ими для расчетов в Минской губернии. [13]
Для укрепления доверия к новой денежной системе и прежде всего бумажным деньгам в первый год после реформы разменный фонд в монетах и слитках даже превышал выпуск кредитных билетов. Зато в последующие годы правительство резко увеличило выпуск бумажных денег и извлекало из этого немалую выгоду, что видно из нижеследующей таблицы: [14]
Изменение массы государственных кредитных билетов в обращении и разменного фонда в монетах и слитках в 1844-1853 гг.
Годы (на 1 января)
Находилось в обращении кредитных билетов, млн. руб.
Разменный фонд в монетах и слитках, млн. руб.
Процентное отношение
1844 30,4 35,9 118,1
1845 121,8 59,4 48,8
1846 189,4 86,8 45,8
1847 226,2 101,3 44,8
1848 289,6 117,9 40,7
1849 306,6 117,1 38,2
1850 300,3 107,3 35,7
1851 301,6 108,2 35,9
1852 303,8 111,3 36,6
1853 311,4 123,7 39,7

Кроме расширенной эмиссии бумажных денег для покрытия дефицита государственного бюджета использовался выпуск билетов государственного казначейства, так называемых «серий». Эти билеты выпускались номиналом в 50 рублей, являлись фактически облигациями государственного займа, но принимали участие в денежном обращении подобно государственным кредитным билетам. В 40-е-50-е годы XIX века денежное обращение впитало еще один 26 вид ценных бумаг - вкладные билеты Государственного коммерческого банка, которые являлись свидетельствами о предоставлении частными лицами займа банку. И билеты государственного казначейства (серии) и вкладные билеты Государственного коммерческого банка являлись по своему экономическому содержанию орудиями кредита, только заемщиком и эмитентом в первом случае выступал финансовый орган, во втором - кредитный.
Успеху реформы в немалой степени послужило то, что в течение более чем двадцатилетнего руководства российскими финансами Е.Ф. Канкрин настойчиво проводил политику упрочения выгодного для России внешнеторгового баланса, поощряя экспорт и затрудняя импорт товаров протекционистскими таможенными тарифами. Положительное влияние на финансы страны имела и кредитная политика Канкрина, избегавшая внешних займов, но делавшая упор на внутренние ресурсы. Ввиду сравнительно высокого банковского процента и удобства пользования вкладных билетов Государственного коммерческого банка правительство часто использовало в своих интересах средства коммерческого банка. Положительный торговый баланс в свою очередь обеспечивал благоприятное состояние вексельных курсов и способствовал приливу в Россию «звонкой» монеты иностранного чекана.
В течение первых шести лет после издания Манифеста от 1 июня 1843 года выпуск кредитных билетов в обращение совершался на строгом основании установленных этим манифестом правил - то есть в обмен на ассигнации, депозитные билеты, кредитные билеты Сохранных казен и Государственного заемного банка и, наконец, за вклады, вносимые «звонкою» монетой, В 1847 году прилив вкладов «звонкой» монетой усилился в связи с большой продажей российского хлеба на экспорт (в 1846 году в Западной Европе был неурожай). Однако вскоре ситуация изменилась. В 1848-1849 годах в ряде стран Западной Европы произошли буржуазно-демократические революции, и Россия, игравшая роль «жандарма Европы», перевела войска на военное положение, участвовала в подавлении революции в Венгрии, что вызвало дополнительные государственные расходы. Из-за революций спрос на «звонкую» монету на Западе вырос, что понизило российские вексельные курсы на европейских биржах на 5-8%. В связи с этим в белорусских и других западных губерниях население начало придерживать золото и серебро и возник небольшой лаж на «звонкую» монету. В этих обстоятельствах правительство прибегает к эмиссии кредитных билетов на 4 млн. рублей за счет не предъявленных к обмену ассигнаций, повышает некоторые старые налоги и вводит новый - на сахар-песок из сахарной свеклы. Кроме того, в апреле 1848 года издаются высочайшие указы о запрещении вывоза российской золотой и серебряной монеты по всей западной границе, за исключением небольших сумм на личные нужды (до 300 рублей). Председателям Казенных палат западных губерний было предписано сократить, насколько возможно, размен кредитных билетов на «звонкую» монету, отпуская последнюю в одни руки не более 25 рублей.
Благодаря этим мерам, а также окончанию военных действий в Венгрии курс кредитного рубля к концу 1849 года восстановился, лаж на золото и серебро исчез и вывоз «звонкой» монеты за границу был вновь разрешен, но не надолго. В конце 1850 года, вследствие подорожания серебра на европейских рынках, было признано необходимым защитить разменный фонд новым запретом на вывоз серебра за границу не только в монетах, но и в слитках.
Финансовое благополучие, возникшее после реформы Канкрина, продолжалось недолго - Крымская война 1853-1856 годов вызвала значительный рост государственных расходов, покрывать которые правительство решило с помощью увеличения выпуска бумажных денег. Всего за годы войны и первый послевоенный год (1853-1857 гг.) общее количество государственных кредитных билетов выросло с 311,5 млн. до 735,8 млн. рублей, то есть увеличилось на 423,9 млн. рублей.[15] Кроме того, продолжался и выпуск билетов государственного казначейства (серий).
Усиленная эмиссия кредитных билетов вызвала повышенный размен бумажных денег на «звонкую» монету. Поэтому указом от 11 марта 1854 года запрещалось выдавать в одни руки за кредитные билеты «звонкой» монеты более чем на 25 тысяч рублей (в столицах), а в белорусских губерниях размен был еще более затруднен - за одну 100-рублевую бумажку выдавали 75 рублей мелкими кредитными билетами и только 25 рублей золотом и серебром. 16 мая 1854 года был прекращен размен кредитных билетов на золото, а размен на серебро производился с большими перебоями. В 1858 году прекратился и он, так как серебряных монет не хватало для того, чтобы удовлетворить всех желающих обменять кредитные билеты на «звонкую» монету. Как и до реформы повсеместно появился лаж на золотые и серебряные деньги,. С этого времени и до конца XIX века в России наступил период инфляционного бумажноденежного обращения.
Правительство после окончания Крымской войны пыталось укрепить финансы страны. С этой целью указом от 18 апреля 1858 года министерству финансов было приказано изъять из различных капиталов, принадлежавших казне, 60 млн. рублей и передать их в Экспедицию Заготовления Государственных Бумаг для уничтожения. Однако уже в следующем 1859 году было выпущено кредитных билетов на сумму 33,6 млн. рублей, а в 1860 году - на 34,8 млн. рублей, что вело к расстройству денежного обращения. [16]
2.3 Состояние денежного хозяйства Российской империи в бО-е-80-е годы XIX века. Попытки финансовых реформ начала 1860-х годов и причины их неудач.
Сохранение крепостного права и другие феодальные пережитки (абсолютная монархия, деление общества на сословия и т.п.) привели к отставанию Российской империи от других стран. Ярким проявлением кризиса феодально-крепостнической системы было поражение России в Крымской войне 1853-1856 годах и резкий рост крестьянских волнений во второй половине 50-х годов XIX века. Необходимость отмены крепостного права понимала не только прогрессивно мыслящая часть российского общества, но и правящая династия. Император Александр II (1855-1881 гг.) уже через несколько месяцев после коронации, весной 1856 года, выступая перед представителями дворянства Московской губернии, прямо заявил: крепостное право лучше отменить сверху, чем дожидаться, пока оно будет отменено снизу. 19 февраля 1861 года, в пятую годовщину своего восшествия на престол Александр II подписал «Манифест об отмене крепостного права» и ряд «Положений», регламентирующих осуществление этой операции на местах.
Отмена крепостного права сопровождалась целым рядом реформ - земской, судебной, военной, просвещения, цензурной, городского самоуправления - направленных на осуществление буржуазно- демократических преобразований и дальнейшее социально-экономическое развитие общества. Первой среди буржуазных реформ 60-х-70-х годов XIX века в России была финансовая реформа. Под давлением общественности и международных финансовых организаций царизм пошел на политическую уступку, объявив о публикации государственного бюджета. Закон 1862 года устанавливал, что единственным распорядителем государственных средств является Министерство финансов. Вводился особый ревизионный орган, независимый от администрации и подчинявшийся непосредственно царю - государственный контроль, который следил не только за размерами расходуемых сумм, но и за их правильным использованием именно на те цели, на которые они были ассигнованы.
Правительство понимало, что для проведения успешной экономической политики необходимо было упорядочить денежное обращение. Его предполагалось стабилизировать путем восстановления свободного размена кредитных билетов на серебро, то есть возрождения системы серебряного монометаллизма, которая существовала в 1843-1853 годах. Для этого необходимо было создать существенный запас «звонкой» монеты, в первую очередь серебряной.
Для увеличения разменного фонда правительству пришлось прибегнуть к заказам на чеканку российской разменной серебряной монеты во Франции, так как собственный монетный двор в Санкт-Петербурге не справлялся с поставленной задачей. В 1861 году на парижском и страсбургском монетных дворах чеканятся монеты достоинством в 10; 15 и 20 копеек.
Для проведения денежной реформы необходимы были крупные средства, которые у российского правительства отсутствовали, и поэтому оно прибегло к внешним займам, В апреле 1862 года был получен крупный иностранный заем в Париже в банке «Братья Ротшильд» и в Лондоне в банке «Н.М. Ротшильд и сыновья». Сумма займа была по тем временам довольно внушительной - 15 млн. фунтов стерлингов, что равнялось 85 млн. российских рублей. Заем был выделен под 5% годовых. Часть полученных денег пошла на покрытие дефицита государственного бюджета, остальные - на увеличение разменного фонда, благодаря чему он вырос до 120 млн. рублей. [17]
К весне 1862 года в обращении находилось кредитных билетов на сумму 713 млн. рублей, и правительство приняло решение об открытии их размена на золотые и полноценные серебряные монеты (то есть монеты достоинством в 1 рубль, 50 и 25 копеек) с 1 мая 1862 года. Первоначально предусматривалось обменивать кредитные билеты на золотые монеты с лажем в 70 копеек и на серебряные с лажем 10,5 копеек, с тем, чтобы после завершения обменной операции установить единый курс: 1 рубль кредитными билетами за 1 рубль «звонкой» монетой.
Так как постепенно понижающиеся цены, по которым Государственный банк продавал и покупал золотые и серебряные монеты, были объявлены заранее, то в начале обмена было выгодно сдавать золото и серебро в обмен на бумажные деньги, чтобы затем эти же кредитные билеты обменять обратно на золотые и серебряные монеты по повышенным ценам. Этим приемом широко воспользовались спекулянты. В первые месяцы обменной операции преобладал обмен золота и серебра на банкноты, а по мере понижения цен, по которым учреждения Госбанка принимали «звонкую» монету, началось ее усиленное востребование назад в частные руки.
Кроме спекуляций на разнице цен на сокращение разменного фонда повлияли и две политические причины. Первая - восстание 1863 года на польских, литовских и белорусских землях, для подавления которого правительству пришлось в очередной раз прибегнуть к усиленной эмиссии бумажных государственных кредитных билетов. Вторая - речь французского императора Наполеона III осенью 1863 года при открытии законодательного собрания, воспринятая многими как предверие общеевропейской войны. Это вызвало панику на Санкт-Петербургской бирже, так как банки Англии и Франции повысили учетный процент, что привело к падению российских фондов на заграничных рынках. В результате этого вексельные курсы в России понизились на 7 % и более, что вызвало повышение спроса на золотые и серебряные монеты.
Всего с мая 1862 до конца 1863 года кредитных билетов было изъято на 79,3 млн. рублей, из которых было уничтожено на 45,6 млн., а остальные потом опять выпущены в обращение.[18] За время обменной операции разменный фонд «звонкой» монеты уменьшился со 120 млн. до 64,8 млн. рублей, что составляло всего 10,2% общего количества обращавшихся в стране государственных кредитных билетов.[19] Восстановить довоенную денежную систему и покупательную способность рубля не удалось. С этого времени и до конца XIX века в России установилось обращение неразменных на золото и серебро бумажных денег.
Провал попытки правительства Александра II провести финансовую реформу и стабилизировать денежное обращение был вызван экономической и политической ситуацией в стране. Основной причиной экономической слабости Российской империи были сохранявшиеся пережитки феодально-крепостнического строя. В промышленности и сельском хозяйстве наблюдался упадок, деловая активность в первые пореформенные годы была снижена.
Кризисное состояние сельскохозяйственного и промышленного производства не могло вызвать расширения товарной массы в стране, а, следовательно, и роста потребности в деньгах, что поглотило бы излишек кредитных билетов. Последствия войны, застой в хозяйственном развитии вновь обусловили рост дефицита государственного бюджета, который в первые годы после Крымской войны несколько сократился. Если в 1862 году государственные расходы превышали доходы на 11 млн. рублей, или на 2,8% к государственному бюджету, то в 1864 году дефицит составил 90 млн. рублей, или 20,6%.[20] Это вело к дальнейшему обесцениванию кредитных билетов, а не к повышению их покупательской способности.
Ещё одной причиной неудачи финансовой реформы 1862 года был отрицательный торговый баланс. Ввоз в страну станков, машин, механизмов и других промышленных товаров всячески поощрялся, но не компенсировался развитием экспорта, что было следствием медленного развития производительных сил полуфеодального хозяйства России в целом и тяжелой промышленности в частности. Отрицательное торговое сальдо служило одной из причин инфляции в стране.
Как ни странно, но обесценивание рубля было выгодно господствующему классу дворян-землевладельцев. Продавая сельскохозяйственную продукцию по постоянно растущим рыночным ценам, помещики получали возможность погашать свою задолженность по заложенным имениям в старых фиксированных ценах. Тем самым инфляция была чрезвычайно выгодна для них.
Начать обсуждение в форуме
Авторы:
Дата:   2007-12-07
Добавил:   Dimon
Рейтинг:   0.00
Источник: Бабротека: электронная библиотека Бабра,Баюра А.Н

Отзывы членов Клуба
Добавить отзыв